1919–1938 Наша интеллигенция о нашом языку

13.03.2013 22:02

Чехословацькый период нашой истории без сомнѣву был часом бурного розвою културы, народной про­свѣ­ты, прогрессивных перемѣн в промысловой и аграрной сферах, цѣлом животѣ Подкарпатськой Руси. Но, въедно з тым политика Прагы сопротив Польщи, и еѣ резултат – активна подпора украин­ськой емиграции в краю – выплодили злославный «языковый вопрос». 

 Приносиме податкы о позиции нашых учителей, филологов, писателей, священников, редакторов нови­нок односно ситуации, котра ся склала з научанём языка в нашых школах в той добѣ. З поданых документов ясно видко, же чехословацька централна власть грубо мѣшала ся до вопросов языка, културы, школства, хоть не мала на то ани майменшого права, понеже сесѣ вопросы цѣлком належали до автономной компетенции мѣстной власти.

 

1919-1934
«Народна Школа»
Органъ Учительскаго Товаришства Подкарпатской Руси.
Годъ изданія І. Номеръ 4. 22 августа 1921. С. 6-10
 
Протоколъ засѣданія делегатовъ „Учительской Рады"
состоявшагося дня 4-го августа 1921 года
въ помѣщеніи Ужгородской реальной гимназии.
 
На засѣданіе явилося 55 делегатовъ отъ учителей нар. гражд. и средн. школъ изъ всѣхъ учительскихъ округовъ; отъ школьного отдѣла госп. референтъ І. Пешекъ, инсп. С. Бочекъ и д-ръ Панькевичъ, далѣе д-ръ Иліядоръ Стрипскій, много учителей, а также нѣсколько лицъ посторонней публики, интересующейся засѣданіемъ Учит. Рады. Всего около 200 человѣкъ. Засѣданіе продолжалося съ 3/4 11. год. передъ обѣдомъ до 1/2 8. год. вечера съ перерывомъ на обѣдъ.
 
Дневна очередь:
1. Избраніе нового предсѣдателя, секретаря и другихъ членовъ головного выдѣла;
2. Языковый вопросъ;
3. Школьные учебники;
4. Вопросъ о жалованіи церковн. учителей;
5. Вопросъ о 200%;
6. Предложенія и запросы.
 
Засѣданіе открываетъ М. Полянскій съ заявленіемъ, что отказывается отъ предсѣдательства, ибо уже третій разъ нарушаетъ Статутъ Учительскаго Т-ва. Онъ считаетъ себе не въ силахъ на дальше вести дѣла учителей съ успѣхомъ. Ему отвѣчаетъ М. Фотулъ, что по Статутамъ онъ не смѣетъ слагати съ себе должность предсѣдателя, Учительска Рада не можетъ въ томъ дѣлѣ рѣшати, ибо таки дѣла принадлежатъ компетенціи Конгресса. Мимо того Полянскій придержуется своего отказа и предлагаетъ на свое мѣсто подпредсѣдателя инс. Шпеника. Шпеникъ также отказывается и заявляетъ, что слѣдовало бы предсѣдательство передати избранному на Хустскомъ Конгрессѣ М. Гуляничу, что опять Гуляничъ отвергаетъ, ибо признаетъ, что якъ избранный на Хустскомъ Конгрессѣ, онъ не является законнымъ подпредсѣдателемъ, ибо по статутамъ подпредсѣдатель избирается членами головного выдѣла. Въ прочемъ М. Фотулъ заявляетъ, что тотъ вопросъ не можетъ быти такъ легко рѣшенъ, ибо за дотеперешнее неудачное дѣйствіе свое предсѣдатель отвѣчаетъ предъ всѣмъ учительствомъ. Послѣ, немного затянувшейся дискуссіи и трикратного отказа отъ предсѣдательства, засѣданіе не принимаетъ мотивовъ Полянского къ свѣдѣнію и Полянскій занимаетъ мѣсто предсѣдателя. Такое же произошло и съ секретаремъ М. Григашіемъ, желавшимъ отказатися отъ секретарства.
 
Приступилося къ 2-ой точкѣ. Языковый вопросъ.
 
М. Фотулъ предлагаетъ выслушати рѣчь реф. Пешека даже и д-ра Панкевича, безъ вхожденія въ дискуссію, понеже языковый вопросъ рѣшенъ уже на 1- мъ учит. конгрессѣ въ 1920 году.
 
Реф. I. Пешекъ, заявляетъ, что по семъ вопросу состоялась перва анкета 28 февр. 1920 г., котору онъ считаетъ политическою и ея постановленія о принятіи грамматики о. Волошина (II. изд. 1919.) и словарь Митрака не могли быти мѣродательными, ибо съ политической стороны не можетъ рѣшатися языковый вопросъ. Онъ придержуется „Генерального Статута", который предлагаетъ за оффиціальный и школьный языкъ тутейшій, который онъ характеризуетъ тремя направленіями: великорусскій (русскій литературный), украинскій (малорусскій) и тутейшій. Сторонники лит. русского языка, для обоснованія своего мнѣнія, выдвигаютъ психологичный моментъ, основанный на симпатіяхъ къ нему Карпаторусской интеллигенціи. Съ точки прогресса, тотъ доводъ косервативенъ и для рѣшенія языкового вопроса не подходитъ. Единственный путь для разрѣшенія того вопроса – научный, опирающійся на филологическихъ доводахъ. Имѣются ту грамматики: Лучкая съ 1830 года, Раковского, [К.]Сабова, Евм. Сабова, Чопея, Волошина, словарь Митрака и словарь Чопея. Всѣ тѣ книги писаны тутейшимъ языкомъ, но не научно. Правда, что 1-й учит. Конгрессъ рѣшилъ придерживатися грам. Волошина, но понеже въ той грамматикѣ много методическихъ и грамматическихъ ошибокъ, которой уже и самъ авторъ отказался, слѣдовательно не можемъ придерживатися ее. Необходимо найти средній путь. Мы должны составити наши учебники такъ, чтобъ знатоки и другихъ славянскихъ краевъ, признали ихъ добрыми. Потому онъ обратился въ Прагу, чтобы на основаніи представленныхъ матеріаловъ, ученые филологи высказали свое мнѣніе. Они совѣтуютъ придерживатися малорусского языка (на основаніи галиційской грамматики Огоновского) съ этимологическимъ правописаніемъ, понеже фонетика для тутейшого населенія не симпатична. Но понеже грамматика Волошина или же Сабова съ ошибками, а мѣстный языкъ не малорусскій, а смѣсь (мишанина) церковного, великорусского и малорусского то есть „язычіе", то хотя тотъ языкъ благозвучный и красивый, писати и учити на немъ – по его мнѣнію – невозможно. Онъ самъ состоитъ членомъ партіи д-ра Крамаржа, который стоитъ за литературнымъ русскимъ языкомъ и такъ не можно посуждати его въ недоброжелательности къ русскому языку. Но онъ теперь, якъ чиновникъ, желаетъ рѣшеніе языкового вопроса  безпартійно. Если ему въ засѣданіи Учит. Рады, относительно нашего языка, дадуть новы, еще нимъ не слышаны аргументы, то онъ ихъ приметъ. Не правда, что относительно языка, между учителями существуетъ согласіе. Онъ знаетъ, что иного мнѣнія учители Перечинского округа, иного Мукачевского и Ужгородского и иного Хустского. Не правда, что созванна на 15-го іюля 1921 г. анкета была односторонна и безъ учительства. Онъ вызвалъ на анкету преподавателей русскаго языка, по одному отъ каждой средней школы, а также со стороны учительства. Не соглашается съ мнѣніемъ учителей, что грамматику должны составити народны учители, ибо раньше слѣдуетъ составити грамматику для гимназій (научну) и только на основаніи той, можно будетъ добру, методичну грамматику составити и для нар. школъ. Въ виду того, что уч. М. Фотулъ предложилъ выслушати его, но не входити въ дискуссію, предлагаетъ избрати одну комиссію по грамматическому вопросу, но прежде всего выслушати д-ра Панькевича. На запросъ Ив. Левдара, изъ за якихъ цѣлей онъ созывалъ послѣдню анкету, почему не пригласилъ мѣстныхъ людей, напримѣръ Сабова, а призвалъ д-ра Панькевича, который, можетъ быти, что уже съ выработаною нимъ грамматикою появился, отвѣчаетъ реф. Пешекъ, что грамматика Сабова есть психологического направленія; Сабовъ зналъ языкъ церковный и тутейшій и написалъ ее смѣшанно вел.-русскимъ языкомъ, по своему знанію, но не научно. Что почему призвалъ онъ д-ра Панькевича, то уже его дѣло.  Онъ уже съ давна спрашивался о нашихъ знатокахъ по семъ вопросу, ему сказали, что ту кромѣ Волошина другого нѣтъ, онъ и обернулся къ Волошину, но Волошинъ самъ заявилъ, что онъ не филологъ и только частично занимался филологіей. Ему посовѣтовали взяти д-ра Панькевича, бывшаго въ то время въ Вѣнѣ, который уже раньше изучовалъ тутейшій языкъ, на что онъ и согласился. Не правда, что Панькевичъ желаетъ сочинити новую грамматику. Онъ и шк. рефератъ стоятъ за грамматикой Лучкая. Пешекъ совѣтуетъ основыватися на грамматикѣ Чопея понеже грам. Чопея практичнѣйша.
 
Реф. Пешеку отвѣчаютъ:
 
Мураній, проф. ужгородской гимн.: Языковый вопросъ сего дня, не можетъ розбиратися только якъ научный, но долженъ розбиратися якъ и политическій. Народъ и языкъ одно и тоже. Языкъ, то душа и сердце народа. Нѣтъ языка, нѣтъ народа! Мы не можеме поминути и психологического момента. Намъ стараются дати научны доводы, что грамматика и ортографія д-ра Панькевича правильна. Пусть самъ д-ръ Панькевичъ дастъ научны доводы, что она правильна. Русскій языкъ происходитъ изъ Кіева, оттуда онъ распространился на сѣверъ и намъ не нужно иного. Намъ не нужны другіе буквы. Зачѣмъ же д-ръ Панькевичъ вывергаетъ одни а вмѣсто нихъ другихъ вставляетъ. Наши грамматики, хоть по словамъ г. Пешека и не научны, – но они намъ милы, ибо ихъ составили наши люди.
 
М. Фотуль: д-ръ Панькевичъ не компетентный рѣшати въ языковомъ вопросѣ, то принадлежитъ Сейму.
 
В. Юричковь. Русскаго народа племена имѣютъ языкъ разный. Мы требуемъ языкъ совершенный. Учебники составляются Шк. Отдѣломъ, на что никогда не согласимся; та работа принадлежитъ исключительно нашему учительству. Предлагаетъ избрати одну комиссію изъ тутейшихъ людей, котора бы занялася съ составленіемъ учебниковъ и то отдѣльно для народныхъ школъ и отдѣльно для среднихъ школъ. Тоже должна существовати и контрольна комиссія изъ нашихъ людей.
 
Реф. Пешекъ: соглашается съ мнѣніемъ Муранія, что языковый вопросъ съ части политическій и психологическій, но считаетъ вреднымъ, если его будутъ рѣшати политикеры. Верховинскій языкъ болѣе чистый, чѣмъ тотъ, которымъ писаны тутейши литературны сочиненія и заявляетъ, что онъ останавливается на грамматикѣ Лучкая.
 
Мураній: языкъ Лучкая подходящій, но на грамматику его только съ исправленіемъ ее можно согласитися.
 
Реф. Пешекъ: Сеймъ можетъ рѣшити языковый вопросъ, только по предложеніи знатоковъ. Одобряетъ предложеніе Юричкова о избраніи по сему вопросу комиссіи.
 
В. Анталовскій: Науковый вопросъ для насъ дуже важный. На насъ лежатъ больши обязанности, въ интересѣ нашего народа, который ожидаетъ отъ насъ счастья. Споры для насъ вредны. По языковому вопросу есть уже рѣшеніе І-го учит. конгресса: Материнскій языкъ на основаніи грамматики Волошина и съ дополненіемъ словаря Митрака.
 
Бучина: весь нашъ край Верховина... Не можъ же тотъ верховинскій языкъ, который думаетъ госп. реф. Пешекъ и на которомъ говорять 30-40 такъ названныхъ гуцульскихъ селъ, находящихся при границѣ Галиціи и стоящихъ подъ вліяніемъ галичанъ - сдѣлати примѣрнымъ и обязательнымъ для всей Пкрп. Руси.
 
П. Якко: не знаетъ, котора грамматика принимается; всѣ другое говорять.
 
Мураній: всѣ одно говорятъ; грам. Волошина или Сабова, то одно и тоже о чемъ говорится; всѣ объ одномъ языкѣ говорятъ.
 
Полянскій выдвигаетъ резолюцію предложенную В. Анталовскимъ: Материнскій языкъ, на основаніи грам. Волошина, II. изд. 1919. и словаря Митрака. Резолюція принимается одногласно черезъ поднятіе рукъ.
 
Ив. Левдаръ: спрашиваетъ, принимаетъ ли реф. Пешекъ постановленіе Учительской рады?
 
Реф. Пешекъ: материнскій языкъ принимаетъ, но съ грамматикою Волошина и словаремъ Митрака не соглашается.
 
Д-ръ Панъкевичъ: онъ говоритъ, что его намѣреніемъ было идти не противъ интересовъ населенія. Чтобы рѣшати языковый вопросъ, нужно знати языки. Если проф. Мураній говоритъ, что литературный языкъ происходитъ изъ Кіева, то онъ не достоинъ званія преподавателя гимназіи и съ тѣмъ, при большемъ шумѣ оставилъ залъ засѣданія.
 
Анд. Поповичъ (со словаремъ Чопея въ рукахъ говоритъ): Шк. рефератъ не придерживается постановленіямъ І-го учительского конгресса, но вводитъ галиційскій языкъ. Если грамматика Волошина съ ошибками, то ихъ можно исправити и для того тутъ мы. Если реф. Пешекъ не желаетъ приняти постановленія учительства, то пусть приметъ общерусскій литературный языкъ, съ мѣстнымъ выговоромъ. Чопей написалъ грамматику и словарь по приказанію мадьярского правительства. Мадьярское правительство было врагомъ нашего народа и сдѣлало то для нашего уничтоженія. Кто принуждаетъ насъ на таку грамматику, тотъ врагъ нашего народа. Мы соединилися съ чешскимъ братнимъ славянскимъ народомъ, чтобы онъ поддержалъ насъ и сохранилъ отъ гибели. Если къ намъ явился госп. реф. Пешекъ диктовати таку грамматику, то и онъ врагъ нашего народа. Мы не можемъ повѣрити ему рѣшеніе языкового вопроса и относимся къ нему съ недовѣріемъ.
 
Тутъ ораторъ развертываетъ словарь Чопея и читаетъ изъ него рядъ мадьярскихъ словъ, которы Чопей перевѣлъ будьто бы на русскія изъ мадьярскихъ.
 
Пешекъ: проситъ его, прочитати вступительное слово словаря.
 
На залѣ шумъ и раздается голосъ: Прочитайте ему то мѣсто, гдѣ Чопей сознается, что пишетъ словарь по приказанію мадьяръ. правительства.
 
В. Анталовскій и Ив. Левдаръ: требуютъ остатися при принятомъ рѣшеніи.
 
Юричковъ [говорит] что только мѣстными людьми составленну грамматику будемъ употребляти.
 
Полянскій просить Раду выслушати гостя д-ра Иліядора Стрипского.
 
Стрипскій: говоритъ, что обращается съ рѣчью не такъ къ своимъ, якъ къ украинцамъ и чехамъ, которы не розумлятъ, почему мы такъ боремеся за языкъ. При рѣшеніи языкового вопроса, нужно обратити вниманіе на историческій моментъ. Имѣются памятники изъ 16 вѣка, которы доказуютъ, якъ прекрасный нашъ языкъ, но что касается ихъ грамматики, то тамъ видна строго научна послѣдовательность. Другой языкъ книжный и другой живого народа. Мы говоримъ нарѣчіемъ, но пишемъ книжнымъ языкомъ. Нужно найти путь средній. Заграничныхъ братьевъ мы любиме, Онъ самъ учился въ Галиціи, и знаетъ до чего довела борьба за языкъ. Чтобы языкъ нашъ сталъ культурнымъ, нужно представити болѣе природный путь. Судьба Подкарпатской Руси уже 1000 лѣтъ тому рѣшена, что мы будемъ подъ властью сильнѣйшего народа. До рѣшенія того вопроса сеймомъ, нужно, чтобы его разработали избранные для сего комиссіи. Если грамматика Волошина не добра, пусть объ томъ судитъ не авторъ, а избранна комиссія. Что не подходитъ для насъ съ великорусского или малорусского языковъ, то выбросиме. Слѣдуетъ одну изъ имѣющихся грамматикъ переробити, исправити; предлагаетъ избрати хотя и грам. Сабова. Совѣтуетъ идти по историческомъ пути а не противъ вѣтра.
 
Мураній: доказываетъ на примѣрѣ изъ англійского языка, что не всегда такъ читается, якъ пишется, мимо того, никто не можетъ сказати, что англійска грамматика и языкъ не научны. Сію аналогію проводитъ онъ и съ мѣстнымъ языкомъ. Въ разговорѣ иначе выговаривается, но въ письмѣ правильно пишется.
 
Реф. Пешекъ: соглашается съ предложеніемъ д-ра Стрипского и заявляетъ, что передалъ ему для пересмотра, исправленну грам. Лучкая.
 
На предложеніе Юричкова, выборъ комиссіи по грамматическому вопросу, переносится на послѣ обѣда. Послѣ обѣда предсѣдательское мѣсто занимаетъ секретарь Учит. Т-ва М. Григашій, мѣсто уѣхавшаго по семейнымъ дѣламъ, предсѣдателя Полянского. Избирается комиссія въ которую входятъ: почетный членъ Евменій Сабовъ; якъ предсѣдатель: д-ръ Иліядоръ Стрипскій; члены: д-ръ Юлій Гаджега проф. ужгородской духовной семинаріи, Мураній проф. ужгородской гимназіи, Ив. Драгула проф. мукачевской гимназіи, Даниловичъ проф. берегсаской гимназіи, Волошинъ проф. ужг. учит. сем., по одному учителю съ каждого округа; инсп. Ив. Поливка, инсп. И. Мигалка, учит. М. Полянскій, Курахъ, Кузьма, Ив. Поповичъ, В. Анталовскій, Лизакъ, Бицковъ, Пасулька, Чейпешь, Гуляничъ, Михаловичъ. По предложенію д-ра Стрипского, избранна тѣсна комиссія. Предс.: И. Стрипскій, члены: Евменій Сабовъ, д-ръ Юлій Гаджега, И. Мураній, A. Волошинъ, инсп. Поливка и Мигалка.
 
……………… (далшы точкы засѣданя вылишаеме) ……………………
 
Съ проспѣваніемъ гимна „Подкарпатскіе Руссины", предсѣдательствующій М. Григашій собраніе, въ 1/2 8 часовъ вечера, закрываетъ.

     

 

Михаилъ Полянскій, предсѣдатель    

Стефанъ Медьешій, письмоводитель.

Михаилъ Григашій, секретарь.

 

 

 
 
 
«Народна Школа».
Органъ Учительскаго Товаришства Подкарпатской Руси.
Годъ изданія І. Номеръ 5. 4. октября 1921. С. 10
 
Протоколъ Засѣданія капитулы гр.-кат. епархіи пряшевской
отъ дня 10 августа 1921 г. въ Пряшевѣ.
 
Читано протестующее рѣшеніе Высокопреподобнаго капитула мукачевскаго въ засѣданіи 22 іюня 1921 по н-ръ 33, внесенное противъ резолюціи школьнаго референта П. К. Р. на анкетѣ дня 15-го іюня 1921 г. въ Ужгородѣ, по которой дотеперешняя правопись и грамматика нашего языка будто-бы не отвѣчаютъ требованіямъ русскаго населенія и что потребно сближитись къ нашему нарѣчію – или „къ языку закарпатскихъ братьевъ украинцевъ".
 
Рѣшеніе.
 
Къ протоколу Впр. капитула мукачевскаго противъ насилія чужинцевъ, вмѣшивающихся въ языковый вопросъ Подкарпатской Руси, пряшевскій капитулъ рѣшительно присоединяется. Русская интеллигенція Епархіи Пряшевской никогда не отшатнется отъ того благополезнаго направленія, которое назначили намъ наши великіе мужи. Путь тотъ опредѣлили намъ: Духновичъ, Добрянскій, Раковскій, Сабовъ, Сильвай, Митракъ, Котурядовъ, Безегій и проч. Желаніе нашей интеллигенціи есть: обучивать дѣтей народа на его нарѣчію и съ его произношеніемъ но и приучать его къ русскому правописанію и грамматикѣ а его языковыя знанія усовершенствовать въ такомъ направленіи, чтобы онъ понималъ литературный русскій языкъ, который, пріобрѣлъ уваженіе цѣлаго образованнаго міра, – а не вносить въ наши народныя школы жаргонъ сомнительной стоимости, котораго ни интеллигенція наша ни народъ не понимаетъ, котораго литература не развита и котораго терминологія изъ русской литературы обезображена. Не считаемъ дальше отвѣтнымъ бросать въ языковомъ вопросѣ раздоръ между народъ (лжепророками) и такъ уже достаточно взволнованный и идти за фантомомъ вѣнскихъ и берлинскихъ фанатиковъ. Нашъ народъ желаетъ идти лишь по стопамъ своихъ великихъ доброжелателей и придерживаться своихъ идеаловъ. Всѣ другія попытки возбуждаютъ въ немъ лишь недовѣріе. Такого направленія въ языковомъ вопросѣ требуетъ благо нашего Подкарпатскаго Русскаго народа, и то направленіе есть нужнымъ къ покою и процвѣтанію Чешско-Славянской республики.
 
Въ Пряшевѣ, 13 августа 1921 г.
 
Іоаннъ А. Коротноки
Крылошанинъ, письмоводитель капитулы.
 
1935-1938
«Недѣля»
Год выданя І. Чис. 1.
Ужгород, 6. октобра 1935. С. 1
 
Розвиваеме прапор наш и кличеме всѣх сынов Подк. Руси до спольной роботы, соединити всѣ нашѣ силы и отстранити всѣ недорозумѣнья и споры меже русинами. Доста было из братоубійной борьбы, доста из темной ненависти, доста из роздѣленья сил, настав час вытверезенья и концентраціѣ сил народных. Днесь уже ясно перед нами, что найбольшого перепоною поступа нашого на всѣх полях народного житья были несогласіе, ворогованье, роздѣленье на два таборы подкарп. руськой интелигенціѣ и народа. Корень сего подѣленья на два таборы сягае аж до первых роков нашого національного отродженья. Тогды мы еще слабѣ были, національно не доста освѣдомленѣ и потребовали помочи наших закарпатских братов. Они прійшли, помагали нам будовати нашу руську Подк. Русь, освѣдомляли нас національно и познакомили нас литературою и културою закарпатской Руси. Але – на жаль – принесли с собою и языкову борьбу двох великих народов и р о з д ѣ л и л и нас и языково и религійно. Тепер же там стоиме, что сыны той самой Подк. Руси, говорячи тым самым подк. руським языком поставленѣ супротив себе як вороги и не можно их злучити до ніякой спольной роботы для руського народа. Мы честуеме пересвѣдченье кождого чоловѣка. Мы высоко цѣниме културну силу так великорусского як и украинского народа, мы в почести держиме их справедливѣ національнѣ цѣли и стремленья, але притом не хочеме забыти о с в о е. Мы маеме також свою исторію, маеме своѣ традиціѣ, своѣ властнѣ проблемы, цѣли и стремленья, своѣ културнѣ и политичнѣ потребы, а то мусиме положити на першое мѣсто. И мы так думаеме, что се наше становище не може никого образити, за се не може никто на нас нападати, бо не може никто за зле брати от нас, что нам наймилѣйшое свое и что мы в першой мѣрѣ нашому народу хочеме служити. Зато рѣшили мы сю нашу новинку выдати и писати на чисто народном языцѣ. Не зато, якбы мы сим замѣшатися и раз на все вырѣшити хотѣли бы языковый спор на Подк. Руси и не приписуеме собѣ, что правопись, котрою пишеме е абсолутна и совершенна и головно угодна всѣм на Подк. Руси и не твердиме, что не можно бы еѣ в  будучности в дачом исправити и лѣпше приспособляти до живого языка, або до языковых традицій нашого народа, - але зато, бо на сем языцѣ мы всѣ розумѣеме, сим языком говорить наш народ и сим думаеме найлегше приступити до сердця народа. Исторія наша учить, что як раз Церковь греко-кат. знала в минувшинѣ концентровати нашѣ народнѣ силы, Церковь плекала у нас културу и литературу славянску, та мы сю ролю, хотя и подѣлиме нынѣ с иншими институціями, всетаки цѣлком выпустити из наших рук не хочеме. Мы не грамматики хочеме дати нашим вѣрникам, не языковѣ сторонности еще лѣпше выострити, але розширити меже ними христіянскій свѣтогляд, обороняти интересы народа, и то на то языцѣ, на котром найлѣпше порозумѣе нас и котрый являеся его властным и родным языком. Може в очах где-котрых сей язык не есть еще доста розвинутый, не е довольно выгладженый, не мае за собою богатой литературы, але мае ту одну выгоду, что розумѣе его и говорить ним кождый подк. русин. Не плекаеме великих надѣй, что всѣ сесѣ нашѣ идеѣ и цѣли в скором времени здѣйстняться. Многѣ уже находяться внѣ нашого табора, але знаеме и то, что великое есть число и тых, котрѣ утомилися уже в сей безвыглядной борьбѣ, вытверезилися из гасел и оріентацій и желають спокою, мира и тихой роботы для народа. Зато взываеме до всѣх русинов, отложѣм всякѣ національнѣ, културнѣ и языковѣ споры, котрѣ нас роздѣлюють, станьме на платформу под. руську, злучѣм всѣ нашѣ силы и трудѣмся за интересы нашого краю, републики и народа. Мы ничого не закрываеме. Стоиме на основѣ христ.-кат. свѣтогляда, с котрым тѣсно связана любовь и порозумѣнье к всѣм людям и их интересам и хочеме зостати вѣрными сынами нашой ческословенськой републики, котра дае нам возможность розвивати нашѣ народнѣ цѣли и здѣстнити нашу програму. Совѣсть наша чиста, цѣль наша благородна и се дае нам силу выступити и ити дорогою, призначеною для блага подк. руського народа.
 
 
 
«Недѣля»
3. юлія 1938. С. 1-2
 
Примѣтки
 
Новый наш «щоденник» «Нова Свобода» дуже невдоволеный достойным пробѣгом учительского конгресса, отбывшогося сими днями в Ужгородѣ. Всю свою ненависть звертае против Недѣлѣ, бо один из речников конгресса –цѣлком правильно – указав на одиноку здорову дорогу, выводячу нас из нынѣшнього хаоса. И ся дорога: щира руська свѣдомость и здоровый инстинкт широких народных масс Подк. Руси. В своем ослѣпленю называе Недѣлю «неграмотною писаниною» и с жалем констатуе, что «русскіе учителя хиляться до угро-руського напрямку». На первое твердженя нашого славного «щоденника» не много маеме сказати, хиба только, что «тот кричить, у кого хижа горить». Такѣ редакторы, котрѣ раз пишуть кождый а другий раз кожный, котрѣ не знають де класти протинку, котрѣ не знають, что «невідповѣдае» не пишеся в'едно, котрѣ не знають коли треба уживати «і» и коли «й» (вмѣсто нашого «и»), котрѣ вмѣсто «желѣзо» пишуть дивное «залізо», вмѣсто здоровое и чисто руськое слово «будучий» пишуть смѣшное и Бог знае откуда позыченое слово «майбутьний», котрѣ майже кождого мѣсяця выдають иншу граматику на основѣ рѣшень якихсь академій – та такѣ писаки най мовчать и най не грають ролю якихсь фильологов. Для таких людей, котрѣ прийшли из заграницѣ, або котрѣ в наших гимназіях (або богословіях) не научилися нашого языка, котрым свое не милое, лиш чужое, котрым наш язык лиш кавардак, котрѣ ганьбляться, что они лиш русины, а не потомки гайдамаков, та для них – допустиме – язык Недѣлѣ неграмотный. Але для кождого свѣдомого русина, котрый любить свое, котрому милый язык своей матери, тому цѣнное есть благородное стремленіе Недѣлѣ, яким хоче она служити поднесеню нашого языка и родной руськой культуры. Зато честь вам руськѣ учителѣ, что мали сте смѣлость подняти свой голос против ворогов нашой руськости и ступити на дорогу, яку указав вам ваш здоровый розум и инстинкт нашого народа.


Жерело: http://kapraly.wordpress.com/